Дмитрий Камышик: «На площадку я, наверное, уже не выйду»

Дмитрий Камышик — человек с уникальной для белорусского спорта историей. Десять лет назад гандболист попал в страшную аварию во время отдыха в Таиланде и оказался прикован к больничной койке. Ему пришлось заново учиться ходить. Врачи оформили инвалидность, а о возвращении на площадку тогда никто даже не говорил. Но Камышик не сдался. Он не только вновь начал играть, но и вернулся в сборную Беларуси, а затем еще несколько раз стал чемпионом страны. Однако даже самым стойким спортсменам рано или поздно приходится заканчивать карьеру. Недавно 36-летний гандболист объявил, что, скорее всего, недавно завершившийся сезон станет для него последним. В большом интервью Onlíner Дмитрий рассказал, почему выбрал гандбол, как сумел вернуться на паркет после страшной травмы и чем планирует заниматься после завершения карьеры.

«Накал в матчах между СКА и „Мешковым“ каждый год запредельный — все-таки это лучшие клубы страны»

Армейский зал встречает нас выключенными лампами, тотальной тишиной и пустыми трибунами. А ведь еще несколько недель назад здесь не сдерживали эмоций болельщики, а на площадке минский СКА и «Мешков Брест» разыгрывали очередное чемпионство. На этот раз сильнее оказались брестчане, а для Дмитрия Камышика тот матч стал последним в карьере на домашней площадке. Позже он провел еще несколько игр в финале международной СЕХА-лиги и, по-видимому, принял окончательное решение: пора заканчивать карьеру.

— Хорошо, что закончили сезон на победной ноте — обыграли в матче за третье место СЕХА-лиги ставропольский «Виктор», — присаживаясь на трибуну, говорит Дмитрий. — Конечно, в этом сезоне нам хотелось добиться большего, но получилось так, как получилось. Мы стремились выиграть чемпионат, по ходу сезона показывали хороший гандбол, но в плей-офф все пошло не по плану. Почему так вышло? Думаю, не хватило опытных ребят, которые знают, что такое решающие матчи. Не хватило и длины скамейки. У нас молодая команда, которая не сумела переломить ход встречи. В прошлом году это получилось, а в этот раз — нет. Конечно, мы рассчитывали совсем на другой результат, но это спорт: побеждать удается не всегда. Главное, что выиграли последний матч и ушли в отпуск в более-менее хорошем настроении.

— В финальном матче напряжение было настолько высоким, что в какой-то момент вы не сдержали эмоций и вступили в потасовку с соперником — Максимом Барановым.

— На этот эпизод повлияли не наши эмоции. За 25 секунд до конца матча тренер «Мешкова» взял тайм-аут, чтобы поблагодарить своих болельщиков. Перед хозяйскими трибунами так не поступают. А Баранов за несколько секунд до сирены решил вколотить гвоздь — забросить мяч, когда исход встречи уже был ясен и его команда вела с большим преимуществом. Так не делается. Зачем так поступать? Хотелось еще раз забросить и что-то доказать? Но вы уже все доказали. Мы признаем вашу победу, вопросов нет. Просто, на мой взгляд, нужно уважать любого соперника.

— С Барановым обсудили потом эту ситуацию?

— Нет. Мы не обсуждали. Мы не общаемся, и нам нечего друг другу объяснять. У каждого есть свое мнение.

— Этот эпизод станет дополнительной интригой перед новым сезоном?

— Какие-то дополнительные поводы всегда появляются. СКА и «Мешков» — главные клубы страны. Они каждый год борются за чемпионство и все внутренние трофеи. Накал в этих матчах всегда запредельный, и болельщики с нетерпением ждут каждого такого противостояния.

«Папа больше хотел, чтобы я был футболистом, нежели гандболистом»

Дмитрий Камышик родился в 1990 году в Минске. В детстве он занимался футболом в минской школе РЦОР-БГУ. Мальчишкой был высоким, поэтому его предсказуемо поставили в ворота. Но проводить все время в рамке ему не нравилось — хотелось играть в поле. В итоге с футболом пришлось завязать, зато Камышик нашел себя в другом игровом виде спорта — гандболе.

— Когда я учился в пятом классе, к нам в школу пришли набирать детей в спортивную секцию. Мы с ребятами носились по школьным коридорам, меня остановил тренер и предложил попробовать себя в гандболе. Если честно, мы с друзьями тогда даже не знали, что это за вид спорта. Но пошли заниматься в РЦОР на улице Филимонова. Было интересно, хотя папа не хотел, чтобы я бросал футбол. Наверное, ему больше хотелось, чтобы я стал футболистом, а не гандболистом. Он работал дальнобойщиком, и, когда уезжал в рейсы, я все чаще ходил на гандбол. Потом мама как-то сказала: «Нужно сделать выбор. Что тебе больше нравится?» Я выбрал гандбол. Папа, когда узнал об этом, немного расстроился, но в итоге принял мое решение.

С ним, кстати, было непросто. Уже потом, когда он приходил на мои матчи, постоянно давал советы как болельщик, и мы нередко спорили. Папа вообще не мог смотреть игры сидя — все время стоял. А если переживал особенно сильно, мог даже уйти с трибун. Заядлый был болельщик.

В 2007 году Дмитрий дебютировал на профессиональном уровне в составе минского «Аркатрона», которым руководил его детский тренер Владимир Азов. Спустя несколько лет он подписал контракт с минским «Динамо» — амбициозным проектом, который должен был составить конкуренцию СКА и «Мешкову» в чемпионате Беларуси, а также заявить о себе в еврокубках. И клубу это удалось: собрав сильный по белорусским меркам состав с несколькими легионерами, минчане дошли до 1/8 финала Лиги чемпионов.

— Жалко, что такой клуб так быстро взлетел и так же быстро прекратил свое существование. Это была хорошая команда с сильным административным штабом, который устраивал для болельщиков настоящее шоу. За короткое время «Динамо» завоевало немало титулов и добилось успехов не только в чемпионате страны, но и в еврокубках. Думаю, все гандбольное сообщество было в шоке, когда клуб закрыли, — вспоминает Дмитрий. — Как я там оказался, уже не помню. Наверное, позвонили Азову, все между собой обсудили, а потом решили поговорить и со мной. Я приехал вместе с отцом, и мы договорились. Для меня, молодого игрока, было очень интересно попасть в клуб, где выступали такие известные гандболисты, как Дмитрий Никуленков, Сергей Шилович, Денис Рутенко, Максим Бабичев… Я мечтал оказаться в такой команде, и мне это удалось.

В «Динамо» Дмитрий Камышик провел совсем немного времени. Как вспоминает сам гандболист, он был молодым и перспективным, однако выиграть конкуренцию у опытных игроков оказалось непросто. В то время хотелось как можно больше выходить на площадку, прогрессировать и пробиваться в сборную, поэтому Дмитрий решил перейти в СКА.

О нелюбимых нагрузках

— Когда я приходил в СКА, уже не было разделения на молодых и старших: все всегда хорошо общались. А нагрузки были серьезными — и раньше, и сейчас, при тренере по физподготовке Вадиме Сашурине.

— Знаю гандболистов, которые не любят бегать кроссы. А что не любите вы?

— Мне лучше пробежать несколько коротких ускорений, чем изнуряющий кросс. Раньше при Спартаке Мироновиче мы в СКА бегали максимум шесть километров — и все. Он любил акробатику, давал упражнения с набивными мячами, чтобы во время игры, когда приходилось падать, мы могли правильно сгруппироваться. Мы также прыгали и бегали по песку… А при Вадиме Сашурине мы начали бегать и по 20 километров. Для меня это что-то с чем-то!

— Это же почти как Минский полумарафон.

— Да, и в ближайшую предсезонку ребята тоже кросс побегут. Как это выглядит? Бежим вокруг Дубровского водохранилища рядом с Раубичами. Все не так страшно: чередуем нагрузку — 10 минут бежим в хорошем темпе, затем переходим на трусцу. За три часа справляемся. И есть ребята — наверное, половина команды, — которые спокойно преодолевают эту дистанцию, а в конце еще рывки делают, чтобы обогнать Сашурина.

— Правда, что Сашурин, которому 56 лет, всегда бежит вместе с вами?

— Да. И независимо от того, сколько мы бежим, он всегда впереди, всегда задает темп. Это человек-уникум! Ему уже за 50, а он делает это словно на одном дыхании.

Камышик продолжал совершенствоваться и вскоре получил предложение от брестского «Мешкова». Причем произошло это прямо во время тренировочного сбора в Малорите. Ситуация получилась необычной: гандболисту даже не пришлось возвращаться в Минск — он просто переехал из одной гостиницы в другую.

— Тогда, если честно, многие хотели уехать за рубеж. А я никуда уходить не планировал. Но прошло пару дней сборов, мне позвонил директор «Мешкова» и сказал, что нам нужно поговорить. Мы встретились, и мне сразу сказали: «У нас есть предложение. Завтра ты уже должен дать ответ. Если согласен, мы сразу заберем тебя из Малориты». Это был шок. Но, поговорив с родными и тренерами СКА, я решил, что стоит попробовать.

— Это был трансфер или вы перешли как свободный агент?

— Нет, речь про трансфер. Брест меня выкупил у СКА, на тот момент у меня был контракт с командой.

— Если не секрет, сколько клуб за вас получил?

— Я не знаю, сколько за меня заплатили. Тогда спортивным директором СКА уже был Андрей Крайнов, и руководители клубов сами обо всем договаривались. Но ребята в нашем кругу шутили, что я долгое время оставался самым дорогим игроком чемпионата Беларуси. В свое время «Динамо» заплатило за меня «Аркатрону», а потом и «Мешков» — СКА. Предположу, что речь действительно шла о немалых деньгах.

«Мы не планировали ехать в отпуск, но в итоге все же решили отдохнуть»

В составе «Мешкова» Камышик несколько раз становился чемпионом Беларуси, играл за национальную сборную и привлек внимание зарубежных клубов. Однако в 2016 году произошло событие, которое кардинально изменило его жизнь. Даже спустя годы спортсмен вспоминает о нем неохотно. После окончания сезона, летом 2016-го, Дмитрий, несмотря на несколько привлекательных предложений из Германии, продлил контракт с брестским клубом и вместе со своей будущей супругой Алесей отправился в отпуск в Таиланд, на Пхукет.

— Мы, если честно, вообще не планировали никуда ехать. Я думал, что поеду играть за рубеж, нужно было готовиться к новому клубу, но все изменилось. И мы решили: раз так, можно все-таки слетать куда-нибудь в отпуск. Тем более Таиланд был для меня чем-то новым — до этого я отдыхал только в Испании и Египте.

Все шло хорошо, но за несколько дней до окончания отпуска пара решила съездить на ферму аллигаторов. Ребята вызвали тук-тук — трехколесное мототакси — и поехали смотреть хищников. Однако на одном из склонов водитель не справился с управлением и пассажиры вылетели на противоположную часть дороги — Дмитрий влетел в столб.

Белорусов сразу же госпитализировали. Повреждения оказались серьезными: гандболист не мог встать на ноги, у него диагностировали перелом. В больнице он провел около недели.

— Это было трудное время. Мы хотели как можно быстрее улететь к своим врачам. В Беларуси ты хоть и лежишь на больничной койке, но все равно дома. А там мы просто не понимали, что происходит. Во-первых, было тяжело из-за языкового барьера, а во-вторых, мы не понимали, что с нами будут делать и как вообще пройдет лечение. Да и атмосфера в тайских больницах сильно отличалась от нашей. В одной палате могло находиться до 12 человек, некоторые даже лежали на полу. Пережить все это было очень страшно — это сильно било по психологическому состоянию. Мы, повторюсь, не понимали, чего от нас хотят и почему не отпускают домой. Позже я понял: пока не сделаешь хотя бы два шага самостоятельно, тебя не выпишут. Но мы все равно улетели сразу после операции. Всю организацию взяла на себя моя девушка — где-то раздобыла инвалидное кресло. Закрыть все счета помогла Алесина тетя, которая жила в одной из азиатских стран. Очень помог и мой тогдашний клуб, а также отдыхавший в Таиланде вместе с женой одноклубник Янко Божович. Они встретили нас и отвезли в аэропорт.

Уже в Минске Дмитрия сразу отправили в Республиканский научно-практический центр травматологии и ортопедии — об этом договорился врач брестской команды Виктор Белый. Там выяснилось, что у спортсмена повреждены еще и связки. Пришлось снова перенести несколько операций, провести на больничной койке около двух месяцев и пройти долгий путь реабилитации. Камышику, по большому счету, заново пришлось учиться ходить, и о возвращении в спорт тогда, разумеется, никто даже не говорил.

— Я постоянно спрашивал: «Так а что со спортом?», а мне отвечали: «Давай ты для начала просто начнешь ходить и будешь чувствовать себя полноценным человеком». Никто не рассчитывал, что я вернусь на площадку. Врачи понимали, насколько серьезные травмы я получил.

Через некоторое время Камышик объявил о завершении карьеры, а в 2017 году ему присвоили инвалидность. Из-за этого «Мешков» был вынужден расторгнуть с ним контракт. Дмитрий вспоминает, что морально переживать происходящее было очень тяжело. Впереди его ждала долгая и монотонная реабилитация под присмотром врачей. Но все это время рядом были близкие, представители «Мешкова» и друзья. Они регулярно навещали Дмитрия, не давали ему раскиснуть, подбадривали и убеждали, что все обязательно будет хорошо.

— И делать первые шаги я впервые попробовал благодаря друзьям. Ребята присутствовали рядом со мной ежедневно: мы играли в приставку, ездили на дачу и все время общались. И в какой-то момент друзья оставили меня одного в комнате, а сами пошли играть на приставке и сказали: «Если хочешь, сам доберешься», забрали кресло, с которым я по дому передвигался. Все. Мне пришлось попробовать.

— Если не ошибаюсь, вы тогда размышляли над тем, чтобы попробовать себя в какой-то другой сфере.

— Нужно было чем-то заниматься. Если со спортом, из которого я ушел так резко и неосознанно, не получилось, то нужно было пробовать себя в чем-то другом. Друзья, не связанные со спортом, предлагали разные варианты, и я пытался. В основном это были небольшие бизнес-проекты, в том числе в сфере продаж. Но в душе мне все равно хотелось оставаться в гандболе. Думаю, ни один спортсмен не способен просто взять и вычеркнуть из своей жизни любимое дело.

«После возвращения на площадку я не смог сдержать слез в раздевалке»

Дмитрия постоянно тянуло на арену: он нередко посещал матчи БГК имени Мешкова и минского СКА. В какой-то момент в зале баскетбольного клуба «Цмокі», где Дмитрий проходил реабилитацию, разрабатывал опорно-двигательный аппарат у врача Александра Кривцуна, он встретил тренера армейцев Игоря Папругу. Тот и предложил прийти не на матч, а на тренировку: посмотреть, побыть с командой и почувствовать командный дух, по которому так соскучился Камышик.

— Я, конечно же, согласился. Пришел и постепенно стал ходить на тренировки, параллельно работая над реабилитацией. Хотя я просто приходил в СКА ради атмосферы и не думал, что у меня вообще что-то получится. Да, я мог ходить, но бегать у меня еще не получалось. Но постепенно я стал приходить в форму.

— Кто вам предложил вновь попробовать себя в гандболе?

— Со временем я стал приходить в СКА едва ли не каждый день. Делал это прежде всего для себя. Когда уже смог более-менее нормально передвигаться, спортивный директор Андрей Крайнов предложил позаниматься с Вадимом Сашуриным. Сказал, что его тренировки могут помочь восстановиться. Было тяжело, но я решил попробовать.

В какой-то момент меня стали подпускать к команде. Как именно это произошло, уже не помню, но однажды мне предложили выйти на официальную игру. Меня выпустили на несколько минут в гостевом матче с «Гомелем» [в сентябре 2018 года], чтобы я просто снова почувствовал площадку. Именно тогда я сумел психологически переломить себя. После этого стало легче. Я снова почувствовал себя спортсменом.

— Вы плакали от счастья?

— Это были слезы радости. В тот момент я понял, что сумел доказать всем, кто не верил в мое возвращение, что они ошибались.

«Хочу помочь клубу, который в трудное время подставил мне плечо»

Дмитрий не просто вернулся в спорт — после тяжелой травмы он провел несколько ярких сезонов за СКА, вновь стал чемпионом Беларуси, закамбэчил в сборной и даже успел поиграть за питерскую «Неву». Готовый сценарий для фильма о том, что человеку подвластно если не все, то очень многое. Если, конечно, по-настоящему этого хотеть и ежедневно работать над собой. Теперь, в 36 лет, он решил, что пришло время завершить карьеру.

— На площадку я, наверное, уже не выйду. Хотя ходили разговоры о возможном переезде за рубеж, в Россию, но я все-таки решил, что хватит, пока заканчивать и вешать кроссовки на гвоздь. Психологически я уже не готов — и я решил поставить точку. Хочу больше времени быть дома и проводить его с семьей. Мне предложили работу в СКА. Мы уже общались на эту тему и, думаю, вскоре вновь вернемся к этому разговору. Кем я себя вижу? Поначалу хотел бы попробовать себя в качестве ассистента, чтобы влиться в тренерскую работу в СКА. Мне очень хочется помочь клубу, который в непростое время подставил мне плечо, всегда стремился создать в коллективе семейную атмосферу. И, в частности, главному тренеру Дмитрию Никуленкову, с которым я провел, наверное, половину своей почти 20-летней карьеры. Он, как старший товарищ, всегда поддерживал меня, мы очень дружны. Отыграв много лет здесь, я просто не могу бросить клуб и уйти куда-то еще.

— Кто в последнем сезоне был вашими главными болельщиками?

— Родственники, супруга и, конечно же, мои дети (дочка Арина и сын Арсений), которые приходили на трибуны. Они — моя главная победа, а не титулы и золотые медали в чемпионатах. Именно они принесли мне главные эмоции. Отец? Родителям — моя самая большая благодарность за то, что я стал тем человеком, какой я есть. Они меня таким сделали. К сожалению, отца уже нет с нами. Он умер в мой крайний сезон. Жалко, что в мои последние минуты в качестве гандболиста его не было рядом. Он всегда хотел, чтобы я был спортсменом. Я им стал.

sport.onliner.by

Источник: hand-ball.ru